Вязкий звон колокола пролетает по землям...
Храм Глубин. Монументальный собор, основанный в честь Великого Клирика. Лишь малая его часть возвышается над землёй. Громадные помещения вгрызаются в земную кору и опускаются на невероятную глубину, к самой Бездне. Свечи, гобелены и монументальные канделябры украшают залы и комнаты. Когда-то он полнился последователями Великого Клирика, дьяконами. Сейчас их осталось совсем мало.
Территории вокруг Храма отвратительны. Кладбище заполнено червивыми трупами, а меж могил бродят обезумевшие проклятые существа.

Но однажды нога человека ступает на омертвевшую почву кладбища. Лицо мужчины закрывает железная маска. Лишь в глазах виден странный блеск. Он облачён в серую мантию учёного, а за спиной высятся два огромных меча. Один пропитан чарами мудрости и для обладателя считается воплощением правосудия. Второй клинок объят чадящим пламенем и является символом воли и стремлений. Таких же тёмных, как и огонь этого оружия. Он высок. Очень высок.
Саливан. Таково имя человека, явившегося к Храму Глубин и вознамерившегося присвоить его себе.

http://s6.uploads.ru/t/r9QzL.jpg


Зал за залом предстают перед Саливаном. Обитатели Храма бегут и умирают в пламени и силе чар. Кто-то падает ниц и сохраняет свою несущественную жизнь. Ещё немного, и Саливан достигнет самых потаённых помещений, покорит их, и тогда он станет правителем этих земель.   

Ноги в тяжёлых сапогах ступают по красным коврам.
Перед Саливаном предстаёт Алтарь, восславляющий силу давно ушедшего Клирика. Клирика, пожиравшего людей. Ведь именно безмерная мощь тысяч поглощённых тел и душ стала причиной, из-за которой тот был избран. И был сожжён во имя спасения мира. Он был пригодным топливом для Первого Пламени, что удерживает реальность от погружения в Эру Тьмы.
Огромный каменный трон пустует. Он окружён подсвечниками, огоньки на которых сияют в застоявшемся воздухе.
Но что-то здесь не так. Хоть Клирик и был сожжён, его прах был похоронен в святилище за троном. А сейчас врата туда открыты.
Звеня доспехами под мантией, Саливан идёт внутрь, и глаза десятков дьяконов в миг обращаются на него.
Огромное помещение, похожее на колоссальный колодец, устремляется далеко вверх. Потолок теряется во влажной темноте. Стены покрыты орнаментом из рёбер и контрфорсов, напоминающих множество арок, ведущих в никуда.
Дьяконы стоят в странной формации вокруг саркофага, ошеломляющего своими размерами. Более десятка метров высотой и пятнадцати шириной. Он покрыт статуями дьяконов с уставлен свечами, воск от которых ленивыми змеями стекает к полу по каменным фигурам. Крышка саркофага смещена со своих пазов и сдвинута в сторону.
- Кто здесь? - слышится голос сверху, из самой черноты усыпальницы. Невозможно понять, как голос звучит, его будто произносит целый нескладный хор мужчин и женщин.
- Меня зовут Саливан, я учёный. - громогласно и ясно отвечает вошедший, останавливаясь в нескольких шагах от гроба. Понтифики разбредаются в стороны, не желая быть раздавленными человеком.
- Зачем ты здесь? В моём доме? - вопрошает воющий хор.
Учёный порывается ответить "Это место будет принадлежать мне!", но останавливается, едва набрав воздух в лёгкие. Ведь перед ним - сам Лорд Пепла. Некогда сожжённый Клирик-людоед.
ОЛДРИК! Сожравший столько людей и душ, что не мог более существовать в прежней форме и переродился в нечто совсем иное.
Пламя гаснет и звон колокола вновь призывает бывших Лордов на их троны, чтобы сила их душ вновь накормила Пламя. Вот почему Олдрик тут.
- Ты здесь, - древний Клирик не дожидается ответа гостя. - чтобы заставить снова пожертвовать собой во имя обряда Возжигания?
Хор мертвецов заливается чудовищным смехом.
- Даже не надейся, Саливан! - кричит Олдрик. - Я ни за что более не позволю сжигать себя! Ты хоть знаешь, что это? Каково, когда Пламя тебя медленно пожирает? Когда ты видишь, как твои конечности обращаются в пепел!
Саливан ухмыляется и скрещивает руки на груди.
- Странно слышать это от существа, которое само пожирает других.
- Уходи! - воет хор Олдрика. - Тебе нечего тут делать!
В воздухе собирается страшная магическая сила. Не колдовство, ни чудеса. И то и другое вместе! Будто Олдрик черпает саму Бездну из Глубин и обращает в свою силу! Дьяконы поспешно разбегаются, спасая своё существование. Чёрные завихрения выползают из-под крышки саркофага и её отбрасывает мощным потоком проклятых душ.
Саливан инстинктивно касается эфесов своих мечей за спиной.
- Остановись! - кричит учёный, невольно отступая. - Я знаю, что Пламя не может и не должно гореть вечно!
Беспорядочный поток магии немного утихает, но не останавливается.
- Более того! - продолжает Саливан. - Я! Именно я убедил нового Лорда Пепла не возжегать Огонь.
Беспорядочный хор изумляется:
- Неужели? Почему тебя, Человека, интересует ввержение Мира во Тьму?
Поток силы прекращается окончательно и пространство вновь погружается в сырую тишину. Саливан расслабляется и вновь приближается к саркофагу.
- Я был в Осквернённой Столице и видел, что происходит с Пламенем, которое горит слишком долго. - жестокость просыпается в голосе учёного. - Оно сжигает всё и всех, беспорядочно. В нём нет ни жизни, ни тепла. Наш мир уже деградирует. Цикл должен начать новый виток.
Хор Олдрика вновь заливается смехом. Весёлым и бессмысленным.
- Саливан! И ты называешь себя учёным!? Ты даже не ищешь путей, что освободят этот мир от циклов и привнесут нечто новое!
Теперь смеётся учёный. Безумно и надменно.
- Сколько раз этот Мир проживал своё? Сколько уже копий тебя и меня говорили в этом месте? Сколько моих воплощений уже пыталось спасти мир? Всё безрезультатно, раз мы здесь! Не стоит ли уже смириться?
- Смириться лишь потому, что ты это делал в других временных отрезках?
Вместо ответа, Саливан принимается перечислять:
- Эра Древних... Эра Огня... Эра Тьмы... И всё по-новой! Это уклад Мироздания. Ты - свидетель жалких попыток продлить свою жалкую жизнь предпринимает человечество. Даже становясь нежитью и теряя человечность люди остаются глупцами. Самым большим из которых был Первый Повелитель Пепла, Бог Солнечного Света, Гвин!
- Боги самолюбивы! - фыркает Олдрик. - Но разве правитель поступил иначе? Спасая свой мир и всё, что он отстроил. Боги ослеплены своей силой и Пламенем. Вот если бы сила Бога...
Клирик-людоед замолкает. Не дождавшись продолжения, учёный, погрязший в любопытстве, спрашивает:
- Что тогда ты бы сделал?
Олдрик молчит.
- Ответь!
Тишина пронзается шёпотом тысячи голосов:
- Саливан... Однажды я размышлял над судьбой этого мира. Эры сменяют одна другую... Но что, если порвать цикл и ввести мир в новую эру? Совершенно иную. Разорвать законы бытия и переписать их! Я говорю об Эре Глубокого Моря.
"Абсурд! Невозможно! Неосуществимо!": вот, что крутится в мыслях учёного, но он внимательно слушает товарища по идее, чей увлечённый мечтательный вой заполняет пустоту зала.
- Все живые существа изменятся и погрузятся в новую среду, где будет и Тьма, и Свет, и Пламя! Но...
- Но?
- Мы не можем этого достичь. Силы Богов нам не доступны...
- Ошибка.
Олдрик поражён внезапно решительным ответом гостя.
- Один Бог ещё жив. И я знаю, где он. - самодовольно произносит Саливан. - Последний Бог, остающийся до сих пор в Анор-Лондо. От королевства осталось один лишь собор, но глупец до сих пор его охраняет. Первое Пламя уже исказило Мир, и глупый Бог слаб и болен.
- Учёный... - странно произносит хор Олдрика. - Мы можем помочь друг другу.
- Хорошо! - выкликает Саливан, понимая, что имеет ввиду Клирик-людоед. - Ты... Получишь Бога, а взамен - осуществи свою... Нет, нашу мечту! Разорви цикл! Преобразуй Мир!
- Да будет так! - завывают миллионы голосов и из глубин саркофага появляется Олдрик.
Длинное тело похоже на огромного червя источает чёрную слизь. Это - воплощение всех душ, что поглотил Олдрик. Туловище возвышается над краем и обрушивается вниз, вытягивая за собой длинный хвост. Из слизи торчат кости, черепа и человеческие конечности.
С отвратительным хлюпаньем, Олдрик падает на пол, разбрызгивая свою слизь вокруг.
- Я всё подготовлю к твоему приходу! - провозглашает Саливан, отступая к выходу, подальше от Повелителя Пепла. - Путь в Анор-Лондо лежит через Иритилл. Чтобы...
- Учёный, я знаю дорогу! - прерывает его Олдрик и медленно ползёт следом. Будто ребёнок без рук и ног перемещается ползком, постоянно извиваясь.

http://s5.uploads.ru/t/gInDz.png


Путь Жертв, по которому Олдрику носили ещё живую пищу...
Цитадель Фаррона, сошедшие с ума хранители которой убивают друг друга...
Катакомбы Картуса, где покоится Повелитель Вольнир. Настолько отравленный тьмой, что сама Бездна утянула его в свои объятия...
Иритилл, потерянный город, покрытый снегом. Теперь Саливан здесь властвует. Понтифик Саливан.
Анор-Лондо. Цитадель первых Богов, что возвышается над городом, выстроенным на его руинах...
Не нашлось никого, кто остановил бы Олдрика, Пожирателя Богов, шедшего к своей цели.

http://s2.uploads.ru/t/x0ZFm.jpg


Огромный чёрный червь предстаёт перед Цитаделью. Когда-то она была сердцем Великой Империи Лордран. Теперь это - память о богах на лике Королевства Лотрик.
Высокие башни, монументальные стены из камня и железа, статуи Древних Богов: Гвин, Первый Повелитель Пепла; Гвинивер, принцесса Солнца и Богиня Плодородия; Гвиндолин, Принц Тёмной Луны. И первенец, навеки отвергнутый.
Теперь тут остался лишь только Гвиндолин. Он - лидер Клинков Тёмной Луны, что выслеживают и уничтожают грешников и преступников.
Новый понтифик уже позаботился о роспуске Клинков.
Гвиндолин никогда не покидал своего зачарованного коридора, что скрыт в основании замка. Но сейчас Олдрик точно знает, где его искать.

http://se.uploads.ru/t/vTf6G.jpg

Преодолев монументальный коридор, Олдрик вползает в тронный зал, отравляя тьмой всё вокруг.
В центре зала на каменном полу лежит Бог. Тело молодого человека одет в белую мантию, на голову надета золотая маска, символизирующая луну с пятью острыми лучами. Вместо его ног растут змеи. Но они почти не шевелятся.
Юноша избит, а его мантия испачкана. Он болен. Первое Пламя уже не поддерживает его. Разум Гвиндолина затуманен, а в теле не осталось сил.
- Здравствуй, последний Бог! - воет Повелитель Пепла. Тьма чёрным туманом окутывает пол, стены колоны и окна, но пропуская свет.

http://s3.uploads.ru/t/M0J7S.jpg

Глаза под золотой маской открываются и Бог приподнимается на руках. Глухой высокий голос затмевает непрекращающийся вой Олдрика:
- Значит, это тебе король-самозванец обещал меня? - юноша сдержано смеётся. - Пожиратель Богов... Какая глупость.
- Ты разве не хочешь что-нибудь сказать перед тем, как я сожру тебя? - скалится тьма в уродливом теле Олдрика.
Чернота полностью затягивает зал. Только Гвиндолин остаётся неизменным. Сделав усилие, он поднимается над землёй и опирается змеями на невидимый пол. Ему тяжело стоять прямо.
- Заявить Богу, что намерен его съесть... Невиданная дерзость!
Пространство вдруг заполняется синим сиянием и обращается в бесконечно длинный коридор.
- Судить тебя буду я! - произносит Гвиндолин.
- Твои иллюзии ни на что не годны! - вопит хор Олдрика и только что созданный коридор покрывается чёрными пятнами помех. - Ты не убежишь от меня!
Гвиндолин это уже давно понял. Как только Саливан вторгся в его обитель.
Змеи обессиленно опускаются на пол и последний Бог падает на колени.
Собрав последние силы, он выпускает поблёкшее Сияние Тёмной Луны, в надежде хоть как-то навредить врагу.
Но вспышка исчезает в темноте и слышится сдавленный хохот Олдрика:
- Бесполезно!..
Ослабшие руки Гвиндолина опускаются на холодный липкий пол. Из-под маски текут слёзы.
- Это ещё не конец! - в нездоровом энтузиазме воет Повелитель Пепла, возвышаясь над отчаявшимся Богом. - Я прослежу, чтобы ты не умер, пока я тебя ем!!! Плач и кричи, Бог! Кричи, когда я буду тебя пожирать! По кусочкам! Безвозвратно!
На обречённого Принца Тёмной Луны обрушивается Тьма. Вязкая, голодная, жгущая. Она заползает в рот, в уши, в глаза и нос. Не даёт дышать.
Ослабшие руки уже не пытаются разгрести всю эту пакость, а слёзы теряются в теле Олдрика.
Тьма начинает разъедать кожу. Немой крик прорывается из забитого горла. Змеи уже перевариваются и отрываются от тела Гвиндолина. Бог пытается закрыться, свернуться и оградиться, но он и сам не надеется на успех. От одежды уже давно ничего не осталось. Начинают разлагаться мышцы и кости. Почему Гвиндолин до сих пор в сознании?
- Я слежу за тобой... - произносит Олдрик, удваивая усилия.
Чем дальше заходит процесс, тем сложнее приходится Олдрику. Будто что-то препятствует процессу, не даёт поглотить жертву так же легко, как всех иных существ.
Бог бьётся в агонии, а Олдрик... боится. Что-то идёт совсем не так, как задумывалось.
- Ещё немного и я доберусь и до твоей души! - воет Пожиратель Богов, успокаивая себя.
Ещё немного и он прикоснётся к душе Бога. Это то, к чему так Повелитель Пепла стремился.
Вот она. Такая чистая, прочная и беззащитная. Олдрик тянется к ней и закрывает своей Тьмой.
Или это душа Бога заполняет его?

Первое Пламя. Гвин. Гвинивер, старший брат...
Дракон без чешуи... Друг? Враг? Сит... Предатель... Гений!
Девушка. Полукровка. Сестра? Дракон... Она прекрасна! Присцилла...
Первый Мертвец... Нито? Ему всё равно. Мне всё равно...
Изалит... Пламя и Хаос... Мощь и жизнь! Безумие и безрассудство...
Присцилла...
Четыре мудрых короля... Отребье...
Гвинивер ушла... Лотрик... Оцейрос... Одержим Ситом... Безумец. Глупец!
Йоршка... Полукровка.... Присцилла?.. Подделка?
Гвиндолин... Он... Я... Я? Он... Мы? Я... Я. Я!
Присцилла...

Олдрик открывает глаза.
- Ужасный сон... - произносит он, поднимаясь из тьмы. - Приятный сон...
Ужас охватывает Олдрика, Пожирателя Богов.
- Гвиндолин... Ты достоин уважения! - говорит он глухим высоким голосом.
Прежнее тело осталось, но теперь его венчает тело другое. Чужеродное и дорогое. Бог, поглощённый не до конца, навеки стал частью Олдрика. Некогда розовая кожа теперь бледна, светлые волосы седы, а маска - искажена.
- Все те сны... То была память бога!
Все знания Гвиндолина, вся его магия, теперь принадлежит Олдрику, подобно телу.
Тягучи смех заполняет осквернённый тронный зал.
Осознание пронзает разум Олдрика. Он поглотил душу Бога, душу Пламени. Но та потемнела и слилась с душами Пожирателя. Эра Глубокого Моря недостижима! Ни одно существо не способно соединить в себя Пламя, чтобы жить, Свет, чтобы сохранять рассудок, и Тьму, чтобы выжить. Это невозможно! Ничто более не имеет смысла! Если даже у него, у Олдрика это не получилось, то ни у кого не получится.
Даже сохранить Пламя при наступлении эры Тьмы - совершенный абсурд! Почему Саливан его не остановил? Не потому ли, что он лишь использовал Олдрика для достижения собственных целей? Искусственно подогревал его энтузиазм! Энтузиазм глупца, чья слепота сравнима с Божественной! Невозможно начать эру Тьмы, не затушив пламя до конца! Не найти сосуда, способного на такое!

http://sg.uploads.ru/t/qjAcb.jpg


Смеясь и плача, Олдрик опускается на холодный пол. Теперь он ни чем не отличается от безумной нежити, потерявшей разум. Сидеть и ждать конца. Это было суждено Олдрику с самого начала. Каждый цикл, раз за разом он пожирал Бога и не находил способа пустить этот Мир в новом направлении.
Сидеть и ждать. Как просто? Как глупо... Дерзость и глупость Олдрика сделали его управляемым. Пожирание Бога никому не принесло пользы.
- Это будет моим наказанием! - кричит Олдрик в пустоту.
Он получил силу Бога и будет её использовать для спасения собственной жизни! Он уподобится Саливану и не позволит разжечь Первое Пламя вновь. Какой смысл заставлять Мир страдать сильнее, чем он страдает сейчас? Пламя должно угаснуть, как это было тысячи циклов назад. Так будет и сейчас. Все предрешено. Противиться устоям... Какая глупость! Какая дерзость...

Это должно было случиться: за Олдриком приходит Негорящий. Тот, кто уничтожит Пожирателя Богов и возложит его прах на трон. Хочет он того, или нет, но Повелитель Пепла должен быть сожжён снова, когда Пламя затухает.
Взяв в руки Посох Повелителя Могил Нито, которого Олдрик видел во снах, Пожиратель Богов приветствует Негорящего и вступает в бой за свой пепел и за свою душу. И за душу Гвиндолина, которую сам и поглотил.
Олдрик будет убит. Олдрик будет сожжён. Это предначертано бесчисленными циклами. Ничего не изменится.

Многочисленные раны на теле, ожоги, ссадины и порезы. Олдрик уже не может продолжать бой. Без воли к победе, без желания людской плоти...
В последнюю атаку Пожиратель Бога вкладывает всё, что у него осталось. На конце посоха возникает Коса Присциллы. Полукровки. Коса той, которую Олдрик никогда не встречал. Той, кого он видел во снах. Той, кого Пожиратель богов любит…

Отредактировано Демоны Каллисфена (15 Сен 2016 17:12:00)